В Украине сформировался дефицит качественных складов – Виктор Шевченко, СЕО ZAMMLER GROUP

0
592
Логистика все сильнее входит в нашу повседневную жизнь, хоть мы это не всегда замечаем. Даже при покупке телефона или новогоднего подарка в интернет-магазине, автоматически включается цепочка поставки, в которой задействованы не только производители и продавцы, но и склады, транспортные компании, почтовые операторы и иногда даже авиаперевозчики. Но логистика интересна не только тем, как выстраиваются взаимоотношения с конечным потребителем товара или услуг. В этом сегменте украинской экономики сейчас происходят масштабные трансформации: от необходимости повышения тарифов и борьбы с кадровым голодом и до изменения структуры собственности и перспективы автоматизации процессов. Как работает логистика в Украине и с какими вызовами она сегодня сталкивается, Delo.UA поговорило с генеральным директором группы компаний ZAMMLER Виктором ШЕВЧЕНКО.

– Какие предварительные итоги работы группы компаний ZAMMLER в 2018 году?

– Логистика – это бек-офис для любой экономики. Так как в объемах растет фронт-офис, наши клиенты, соответственно, мы за ними растем плюс-минус пропорционально.
У нас на складах и в транспортных услугах собраны абсолютно все направления экономики, которые есть в стране. В 2017-2018 годах рост у наших клиентов составлял от 20 до 30%. Мы не можем расти быстрее, чем растет наш клиент и рынок в целом, потому средний рост оцениваю в этом году 20-22%.
Мы растем в объемах, но доходность уменьшается. Потому что у нас, как правило, долгосрочные контракты. Есть годовые, есть 5-летние, которые зафиксированы в гривне. Увеличение заработных плат сегодня происходит за счет снижения прибыльности как в нашей компании так и, я думаю, у конкурентов.
Маржинальность, которая в стандартной складской логистике 10-18 %, в Украине сейчас доходит до 3-5%.
Как только это снижение прибыльности дойдет до критического уровня, уже в нынешнем году начнется рост тарифов.

– Какие у вас сегодня основные складские площадки?

– На конец 2018 года у нас 70-75 тыс. кв. м складских площадей. В Киеве три склада класса А. По одному в Одессе, Львове, Днепре и Прушкуве (Польша). В Белой Церкви таможенный терминал, собственниками которого мы являемся.

– Вы предлагаете своим клиентам какие-то новые услуги или сервисы?

– Колесо когда придумали? 3000, 5000 лет назад? С тех пор ничего не изменилось, с тех пор колесо – это все такое же колесо. Логистика тоже консервативная отрасль. Еще в 2015 году мы запустили в Украине услугу фулфилмент – это обслуживание онлайн-торговли. Кардинальных изменений с тех пор нет и, я думаю, что в ближайшее время не будет.

Изменение рыночного ландшафта

– За последние пару лет в Украине несколько крупных складских объектов сменили собственников. Почему это происходит? Это кризис или просто кто-то из владельцев складов воспользовался возможностью с выгодой выйти из бизнеса?

– Есть такое выражение: «Если тебе очень хочется сдаться – это сигнал, что скоро будет большой успех». Но кто-то сдается. Точно такая ситуация произошла с рынком складской недвижимости.
Нужно вспомнить, что происходило ранее. В 2007 г. многие девелоперы решились строить складские помещения, потому что в 2005-2006 складов почти не было, но появился спрос. Арендная ставка тогда была $10 за 1 кв. м. Но после того, как рынок насытился складской недвижимостью плюс начался кризис, ставка упала до уровня $7-8. К 2010 г. она снизилась до $6. И в итоге оказалась на нынешнем уровне – $3-4,5.
Но девелоперы, которые строят склад, начинают возвращать инвестиции при уровне арендной ставки около $6. Если ниже, то строительство склада и его содержание становятся убыточными.
Кроме того, уровень вакантных, пустых площадей в позапрошлом и прошлом годах достигал 12%, девелоперу было невыгодно держать склады при таком уровне цен и вакантности.

– То есть те, кто продавал склады, просто зафиксировали убытки, и их больше нет среди участников рынка?

– У кого-то объекты за долги забрал банк. Например, украинский «Альфа-банк» таким образом получил 3 объекта. Их затем выкупила инвесткомпания Dragon Capital, которой, по нашим оценкам, сейчас принадлежит 40-50% складов класса А в районе Киева. А Киевская область – это основной регион Украины, где такие склады есть. Их здесь не более 10-15.

– Если вы говорите, что цены пойдут вверх, то через год-полтора могут появиться новые склады?

– Должны появиться. Нам уже две компании-девелопера, у которых есть деньги, предлагали сделать build-to-suit склад – то есть под наши потребности. Говорят: давайте под вас построим сколько нужно площадей 10-20 тысяч, но вы фиксируете цены на 5 лет. Мы думаем, потому что долгосрочные контракты – это хорошо, когда экономика более-менее стабильная.

– Почему же тогда вы работаете со своими клиентами по долгосрочным контрактам?

– Процесс тендера, оценки, переговоров при выборе нового склада занимает от 3 до 6 месяцев. Переехать со склада на склад очень сложно и дорого, поэтому контракты менее года даже не обсуждаются. К примеру, одному большому клиенту, который арендует 5000 метров, чтобы переехать нужно потратить от 5 до 12 миллионов гривен. Вы же не будете каждый год тратить 5-12 миллионов? Поэтому клиенты пытаются заключить контракт на 5 лет, но мы со своей стороны просим хотя бы три года.

Региональный аспект

– В каких еще регионах Украины развивается рынок складской недвижимости?

– Сейчас активно пытается застроиться Львов, Ужгород. Во Львове строят овощехранилища – это отдельный сегмент складского бизнеса, и их в Украине можно пересчитать на пальцах одной руки. Как результат – высокая стоимость фруктов и овощей весной, потому что они все импортные. А у нас овощехранилище должно быть в каждой области, чтобы цена продуктов к весне росла в разумных пределах. Если в октябре килограмм моркови стоит в поле 1-3 гривны, то к апрелю он должен стоить столько же плюс затраты на хранение в овощехранилище. Это должно быть максимум плюс 20%, а у нас растет на 120%. Потому что завозим из Турции или Польши, где есть овощехранилища, и там не такие космические цены.

– Какой в этом сегменте уровень цен?

– Аренда овощехранилища доходит до $17 за метр. В Польше эта услуга в разы дешевле.

– Как развивается складская недвижимость в причерноморских областях? Одесса, Николаев?

– Они начали заполняться. В 2017 и 2018 годах был рост. С августа 2018 года вакантность упала до 3%. Это уже дефицит складов, и благодаря дефициту все склады сейчас заполнены на 99,9%. Даже те склады, которые стояли в Одессе недостроенные, люди ввели в эксплуатацию и уже сдают.

– Сколько времени надо, чтобы построить под ключ склад, если не считать оформление документов?

– От 9 до 14-15 месяцев, если есть готовая площадка с подведенными коммуникациями. Если нужно срочно, за 9 месяцев можно все построить, если начинаешь с весны.

Технологии и процессы

– Как на ваших объектах идет процесс автоматизации и информатизации? Имеются ли какие-то планы на 2019 год?

– Зачем в принципе нужна автоматизация? Чтобы сократить влияние человеческого фактора. У меня на 75 тысячах кв. м хранится около 100 тысяч паллет с различными товарами, которые пересчитать вручную вообще невозможно. Склад класса А априори не может существовать без автоматизации, им управляет WMS – Warehouse Management System. Поэтому складами управляет исключительно программа. Все процессы автоматизированы, используются сканнеры, формируются отчеты и т.д.
Уже в 2018 году мы начали писать техзадание для разработки своей программы, на основе предложения одного из мировых лидеров по подобным решениям.

– Можно ли в Украине реализовать концепцию «склад без людей»?

– Склад без людей есть у одного из украинских производителей сигарет. Полностью закрытый, внутри работают только роботы.
Но на базе 3PL оператора в Украине реализовать такой формат пока нереально. Да, в мире есть такие технологии, при которых роботы делают все. Строительство склада на 10 тыс. кв. метров обойдется от $5 миллионов. Автоматизировать его стоит еще $15 миллионов. Понимаете, какая колоссальная разница?
Когда у нас начнут стремительно расти затраты на рабочую силу, тогда и начнется автоматизация. Когда бизнес увидит экономию от внедрения таких процессов.

– Насколько ваша компания и сфера логистики в целом столкнулись с оттоком квалифицированных кадров?

– Уже идет второй год, как столкнулись с этой проблемой. С момента открытия границ – безвиза. Два года катастрофа, людей просто нет физически. В Польше работает 2 миллиона «голубых воротничков» из Украины. Это 20-30% трудоспособного населения нашей страны.

– Как решить эту проблему?

– На сегодняшний день зарплата в Польше $800-1000. Ситуация изменится, когда в Украине зарплата дойдет до $500-600, чтобы не было смысла ехать в другую страну за разницей в $200, которая там уходит на проживание.

– Вы пытались искать работников в других областях Украины, где выше уровень безработицы?

– Да, пробовали. По всем регионам сделали рассылку и разместили на HR-порталах объявления: «Берем, оплачиваем общежитие. Посменно, две недели, месяц. Приезжайте». Вы знаете, сколько приехало человек? На 100 вакансий – два! И что вы думаете: работали? Нет, уехали обратно.

– Какие есть резервы или возможности для развития складского бизнеса?

– Это управление цепями поставок. Допустим, есть клиент – собственник товара, который хранит, например, большую партию телефонов на распределительном центре – это может быть мой склад. А продает их через дистрибьюторов – обычные или интернет-магазины. Один из них знает, что в следующем месяце продаст 100 телефонов. Тогда он подает заявку собственнику, а тот уведомляет меня, чтобы я зарезервировал эти 100 телефонов под конкретного дистрибьютора. Они в итоге могут лежать на одной полке с остальной партией таких же телефонов. Но я их, согласно заявкам, отправляю либо на склад дистрибьютора, либо с помощью почтового оператора прямо конечному потребителю.
Этот прямой путь к покупателю называется фулфилмент. В 2015 году мы в Украине открыли первый склад, работающий в этом сегменте и помогаем производителю торговать в Украине без привлечения дистрибутьюров. Торговля с помощью логистов.
В мире это уже давно развито, у нас в стране это занимает где-то 1% от общего бизнеса, а в Европе – 15%.

– Фулфилмент более прибыльный?

– Да. Но процессы совсем другие. В фулфилменте все происходит более быстро. Это поставка сегодня на сегодня, а распределительный центр (обычный склад) – это сегодня на завтра.

– Спрос на такие услуги растет?

– Конечно. На сегодняшний день наш фулфилмент склад забит под самую завязку – это около 4000 кв. м. И спрос растет. Вот смотрите, в Киеве, пусть всего 2 млн кв. м складов класса А. Из них под фулфилмент – ну пусть 20000 кв. м на всю страну. А в Москве 1,5 миллиона! Только под фулфилмент – полтора миллиона квадратных метров! Понимаете, насколько стремительно развивается это направление благодаря развитию электронной коммерции?

Украина vs Европа

– У вас есть склады в двух странах. Какие есть отличия в работе складского бизнеса в Украине и Польше, возможно, у нас есть какие-то преимущества?

– У нас одно глобальное преимущество – мы лояльны к клиенту! И эта лояльность обеспечивается нашей эмоциональностью, ответственностью и желанием помочь. Европа работает в рамках того, что написано в инструкции. Написано белое, значит серым оно не может быть в принципе. «Вот напишите, что это серый, тогда я буду работать так, как написано», – скажет немец.
У нас все не так. Последний пример – под «черную пятницу» наш склад работал до 4 утра, хотя по графику должны закрываться в 18.00. Это 100 человек на одном из складов, где находится бытовая техника. У всех двойной коэффициент к заработной плате за ночную смену, и нам никто это дополнительно не оплатит. У нас контракт с клиентом этого не предполагает, в нем нет «черной пятницы» или пиков и всплесков. Утром представитель клиента сказала, что если бы их техника была на складе у нашего иностранного конкурента, то «они бы пропали». Вот пример того, как мы балуем, потому что у нас нет других вариантов – мы клиентоориентированны.

– Почему бы вам не прописать в новом контракте оплату за такие «черные пятницы»?

– Это в Европе владелец склада может сказать «я не хочу, идите к другому», и ничего не произойдет, так как все другие тоже работают по одному стандарту. А у нас нет четкого стандарта. Кто как может, тот так и помогает клиенту.
Германия, Польша работают по таким стандартам и правилам. Хотя и наш персонал потихоньку становится таким, который работает четко по своей специализации. Персонал, как в Германии, становится заточенным только на одну операцию, вот он знает только почтовые операции и ничего другого ему не надо знать. Но он очень хорошо знает свою профессию. В своей области он остро заточен, как лезвие.

– Почему это происходит?

– В Европе «голубых воротничков» обучают по принципу: «Ты должен заниматься только этими операциями, все остальное – зона ответственности других специалистов». Он это выучил наизусть, приезжает в Украину и говорит: «Я знаю только эти операции на 5 балов». И это действительно так.
Сейчас появляется очень тонкая специализация – если есть специалист почты, он почтовик, если есть специалист по международным автоперевозкам, он только по международным перевозкам, только на машинах. Это хорошо с той точки зрения, что человек знает предмет на 5 с плюсом, но плохо с точки зрения взаимозаменяемости и эффективного взаимодействия внутри компании.

– Как вы можете оценить качество украинского образования в сфере логистики?

– Любой студент – он хотя бы знает теорию. Это уже легче, чем брать человека из другой сферы и переучивать. У нас, например, много бывших работников банков, которые лишились работы, когда банки начали сыпаться. Их было сложнее переучить, чем студентов-логистов.

– Есть сильные кафедры, которые используют современные подходы?

– Теория одна и та же. А практика появляется в процессе работы. Плохо то, что нет государственной поддержки. В 2015 г. в Украине ликвидировали специальность «Логистика». И вузы теперь борются, чтобы ее вернули. Мы писали, собирали круглые столы, профильные организации, которые защищают логистов.
Вузы делают набор студентов на 5 лет, учат, а выпускать логиста уже нельзя. Теперь есть «Транспортные технологи», но это гораздо более широкое понятие.
У нескольких моих коллег дети поехали учиться в Польшу по направлению логистика в самый большой университет Восточной Европы. Возвращаются к нам уже после учебы там.
Но с другой стороны, если ты заканчиваешь в Польше логистический вуз, и у тебя профессия без границ, то вопрос, зачем тебе ехать в Украину на зарплату меньшую, чем даже в той же Польше?
Нам кадровый резерв брать неоткуда. Поэтому, на протяжении последних нескольких лет, эксперты ZAMMLER участвуют в процессе обучения студентов профильных вузов. Наши специалисты читают лекции, проводят практикумы, организовывают экскурсии на наши складские комплексы, проводят конкурсы, приглашают и обеспечивают практику в подразделениях компании. Начиная уже со студенческой скамьи, будущие логисты получают возможность применять свои теоретические знания на практике в ZAMMLER. Когда молодой специалист выходит из вуза, он знает, что есть ZAMMLER, и чем компания занимается. Потому что в будущем, он мой сотрудник, коллега или клиент.

Беседовал Артем Ильин, Источник: Delo.UA

ZAMMLER GROUP – первый украинский 3PL-оператор, имеет представительства в Польше и Китае
Тел./факс: + 38 (044) 537-56-50/51
Сайт https://www.zammler.com.ua         Публикации компании

 

 

Другие публикации автора: